закалила характер и дала бесценный опыт молодому политработнику.
Годы учёбы в Пензенском казачьем кадетском корпусе для Володи Чекаева пролетели стремительно. Насыщенные учебными занятиями, факультативами, подготовкой к межшкольным олимпиадам по нескольким предметам, кружками по интересам, тренировками в спортивных секциях, познавательным досугом, они основательно убеждали парнишку, что ориентир на военную профессию был выбран им и одобрен родителями правильно.
Как-то уж так повелось с самого детства, что Володя непременно сверял свои поступки с тем, как их оценил бы дед Тимофей Александрович, которого внук никогда не видел, потому что он, командуя танковой ротой, погиб в Великую Отечественную войну при освобождении Литвы от фашистов.
Вот и в этот раз, получив аттестат о среднем образовании, Владимир мысленно советовался с дедом, готов ли принять офицерскую эстафету. Кадетская школа, хотя и проходила в погонах, но от реалий ратного ремесла была отдалена, не в характере парня принимать невыверенные решения. Дед наверняка его в этом поддержал бы. Поэтому Владимир и направился в военкомат не с намерением поступать в военный вуз, а с просьбой призвать его на военную службу. Там такому решению удивились: «С твоими баллами ЕГЭ в любое училище дорога открыта…» Но он настоял на своём и поехал служить в мотострелковую бригаду, стал верным подданным «царицы полей» в звании рядового войсковой разведки мотострелковой бригады.
Солдатские премудрости Владимир Чекаев осваивал основательно, да и кадетская закалка сказывалась. За полгода стал командиром отделения, получил звание младшего сержанта. От командиров не скрывал, что мечтает об офицерской профессии вертолётчика, и они с пониманием поддержали бойца. Вот только медкомиссия по этому поводу проявила особое мнение – нашла недостаток в здоровье, неприемлемый для военного пилота. Батальонный офицерский консилиум во главе с начальником штаба майором Владимиром Денисовым помог найти выход из этой неожиданной ситуации – поступать в другое военное училище.
Офицерское самообладание в боевой обстановке становится формой военно-политической работы
Вуз был с технологическим уклоном, поэтому Владимиру пришлось сдавать ЕГЭ по физике. Конкурс прошёл легко. В курсантскую учёбу по кадетской и солдатской привычке втянулся с удовольствием, а потому и с заметными успехами. С одинаковой заинтересованностью и основательностью вникал в суть специальных и общевоинских предметов. Был заводилой в общественных начинаниях курсантского коллектива. И наверное, с учётом этого на выпускном распределении лейтенанту Чекаеву предложили принять курсантский взвод в училище. Его отличительными командирскими качествами стали пристальная внимательность к каждому подчинённому, умение установить доверительный контакт. Молодому офицеру предложили попробовать себя в военно-политической работе. Его такая возможность увлекла сразу же, курс переподготовки проходил в режиме результативной любознательности. В подразделениях учебного центра, куда получил назначение Владимир Чекаев, работа командира и замполита не очень различается – схожи преподавательские и воспитательные задачи. Но в предназначении специалиста по военно-политической работе молодой офицер видел больше творческого начала. Проникновение в чаяния и души солдат с постоянным формированием в них воинского стержня его основательно увлекало. Придавала уверенности и поддержка опытного наставника – командира батальона майора Александра Попова.
Командировку в зону специальной военной операции Владимир принял как должное и как возможность постичь реалии профессии в боевых условиях. Пункт управления военно-политической работой объединения, куда был направлен офицер, работал в режиме приближенности к передовым позициям подразделений. Как правило, на месте дислокации оставалась только дежурная служба, остальные офицеры работали в войсках по всем направлениям военно-политической работы. Владимиру Чекаеву с позывным «Вектор» в проработку были определены вопросы укрепления дисциплины и правопорядка. Но уже первый выезд в штурмовое подразделение показал, что фронтовые условия требуют комплексного рассмотрения и решения всех вопросов, связанных с боевым настроем военнослужащих. Причём вопросы эти весьма персонифицированы – у каждого бойца своя мотивация к боевому ратному делу, разные пути привели их на передовую, да и двух одинаковых характеров встречать молодому политработнику не приходилось. Работать с людьми ему доводилось во взводах, ротах, батареях переднего края. Формирование штурмовых групп требовало особо пристального внимания: боевые двойки и тройки сильны не только слаженностью, решительностью и выучкой штурмовиков, но и надёжностью братского чувства между бойцами. То же касается и подбора людей в эвакогруппы, где принцип «сам погибай, а товарища выручай» приобретал решающее значение. Как убедился Владимир Чекаев, в настрое солдата на самоотдачу немалую роль играет и своевременное решение его социальных, бытовых, семейных проблем, о которых политработник узнавал из первых уст. Дважды ему довелось организовать бракосочетание во фронтовой полосе – любви артиллерийская канонада не мешает.
Фронтовая обстановка огранила и личные качества молодого офицера. Он понял, что, когда над головой кружат вражеские беспилотники, а землю вокруг перепахивают артиллерия и миномёты противника, политбойцу страшнее уронить достоинство перед солдатами, нежели попасть под смертоносный огонь. Офицерское самообладание в боевой обстановке становится формой военно-политической работы.
Судьба и материнский оберег хранили Владимира от злого вражьего металла. Но закалку опасностью он получил в полной мере. Понял силу сплачивающих людей воли к победе и риска смертельной угрозы, общих для всех. А за проявленные при этом мужество и верность военной профессии старший лейтенант Владимир Чекаев представлен к государственной награде. Так что фамилию героического деда-фронтовика внук в боевой обстановке не посрамил.