За проявленную отвагу и профессионализм в тяжёлых боях офицер ВДВ с позывным «Ольхон» удостоен двух орденов Мужества.
В ходе специальной военной операции рождается новое поколение героев. Не киношных, не паркетных, не выдуманных, а тех, которые самоотверженно идут в бой за Родину. Красноречиво о герое этого очерка, начальнике штаба парашютно-десантного батальона Рязанского гвардейского парашютно-десантного полка, говорит факт, что на мой вопрос о запомнившемся боевом эпизоде он сразу вспоминает бойца, который в момент начала обстрела из «Градов» первым столкнул в укрытие и накрыл бронёй не себя, а его. Разве будут солдаты так заботиться о плохом командире?
Приведу сразу и второй факт о нашем герое, поразившем меня не меньше.
Отправившись в зону спецоперации в самом её начале командиром парашютно-десантной роты, он только недавно вернулся для выполнения задач в пункте постоянной дислокации. И, казалось бы, наконец можно выдохнуть, провести больше времени с семьёй, но «Ольхон» оперативно выполнил поставленные задачи и попросил разрешения вернуться к своим бойцам. А по-другому поступить он, как офицер и командир, просто не может, пока его боевые товарищи продолжают шаг за шагом освобождать земли Донбасса.
В гуляющем неонацизме по территории некогда братского государства «Ольхон» убедился лично. О существующих шевронах и наколках со свастикой, русофобской литературе ему уже было известно, но впервые нацистскую символику офицер лично увидел… в одной из украинских школ! Потом десантник встречал захваченных в плен вэсэушников, пропитанных ненавистью к русскоговорящим, видел прославляющие Бандеру издания в окопах, откуда он со своим подразделением с боем выбивал противника… Ему, как правнуку фронтовика, освобождавшего от нацизма Украину и дошедшего до Берлина, от этого было не по себе.
О том, что служба в Воздушно-десантных войсках трудная и опасная, требующая немалых физических и моральных сил от желающего носить голубой берет, «Ольхон» знал по любимому фильму «В зоне особого внимания» и по рассказам дяди, офицера-десантника, прошедшего боевой путь в Афганистане, Чечне, Югославии. Истории о сильных духом бойцах, универсальных солдатах, способных любой ценой выполнить приказ, перевесили даже его интерес к военной авиации. Но он понимал, что поступить в прославленное воздушно-десантное училище непросто. Конкурс в РГВВДКУ имени Маргелова всегда был высоким. В небольшой деревне в Кировской области, где родился «Ольхон», не было ни репетиторов, ни спортивных секций, так что готовиться к вступительным испытаниям ему пришлось самостоятельно.
«За успехи в учёбе родители строго спрашивали. На экзаменах я им за это был благодарен. Когда математику на «абитуре» сдавал, задачи решил не только себе, но и ещё четверым парням помог», – с улыбкой вспоминает десантник.
Это были первые, но далеко не последние испытания на пути к заветным офицерским звёздам. Учиться в училище было тяжело, признаётся офицер. Жизнь по уставу и строгому армейскому распорядку, память о беззаботной юношеской жизни на гражданке, тоска по родному дому… «Слушать рассказы и смотреть фильмы – это одно, а погрузиться в это самому – совсем другое», – говорит «Ольхон». Но как бы ни было нелегко, училище он окончил твёрдым хорошистом, а полученные знания успешно применял в ходе дальнейшей службы.
«Ольхон» – опытный боевой офицер и до спецоперации уже был удостоен медали Суворова, в ходе спецоперации к его наградам добавились два ордена Мужества. В ожесточённых боях под градом вражеских снарядов солдаты его роты из необстрелянных молодых ребят превратились в матёрых бойцов. «Сейчас уже все имеют государственные награды. Но основы мастерства ковались ещё до спецоперации на полигонах, множественных учениях, они там не прохлаждались, а реально работали на пределе своих сил», – оценивает свой личный состав «Ольхон».
Особо отличились его десантники в тяжёлых сражениях на артёмовском и соледарском направлениях. В самом пекле в составе штурмовых групп они метр за метром выдавливали военнослужащих ВСУ с их оборудованных позиций.
«Сказать, что было тяжело, – это не сказать ничего. Мало просто взять опорники, надо сделать так, чтобы твой личный состав после боя вернулся домой. Да, в подразделениях противника есть мобилизованные, которых бросили в бой без подготовки, эти сдаются в плен сами, зачастую без сопротивления, но в основном мы воюем с регулярной армией, у которой в основе боевой подготовки советская школа», – говорит офицер. И если раньше армии двух государств вместе воевали против нацизма, то теперь жёсткие бои идут из-за прямо противоположной мотивации.
В ожесточённых боях под градом вражеских снарядов солдаты его роты из необстрелянных молодых ребят превратились в матёрых бойцов
Натовскую технику, на которую возлагало большие надежды киевское командование, наши десантники неоднократно либо превращали в груду металла, либо захватывали в качестве трофеев. Когда только начали появляться на поле боя американские бронетранспортёры М113, «Ольхону» с бойцами удалось захватить практически перед носом у противника почти невредимый экземпляр, брошенный на линии соприкосновения военнослужащими украинской армии.
«Сможете?» – ставя задачу, спросил его комбат.
«Сможем, только нужно выгадать время, чтобы попусту под удар не подставиться», – отвечал с уверенностью в своих бойцах «Ольхон».
Одна из туманных ночей оказалась именно таким временем. Нервы напряжены до предела. И у «Ольхона» с одним из экипажей на БМД-4М, выдвинувшимся к точке, и у тех, кто в укрытиях ждёт их обратно. Всё дальнейшее произошло словно на одном дыхании: вот боевая машина домчалась до нужной точки, с неё дружно спрыгивают бойцы, умело обвязывают и цепляют «американца» к своей бронемашине, затем также быстро и аккуратно уезжают. Не прозвучало ни единого выстрела.
Многие боевые эпизоды наших воинов, действующих самоотверженно, смело и дерзко, могут лечь в основу остросюжетного фильма. Так, во время взятия ещё одного опорного пункта противник оказал яростное сопротивление. Под пулемётным огнём бойцы, штурмующие очередной опорник, вынуждены были залечь. «Встать не можем – на линии огня находимся. А взять необходимо, чтобы продвигаться дальше», – говорит «Ольхон». А тут ещё взлетело несколько вражеских беспилотников. Значит, сейчас начнёт работать артиллерия, поняли десантники. Решение, что делать, пришло мгновенно. Едва первый миномётный снаряд разорвался рядом и пространство вокруг задымилось, бойцы молниеносно перебежали на более выгодный рубеж.
«Тогда нас ещё очень хорошо поддержали гранатомётчики нашего и соседнего подразделений. Несмотря на близкое расстояние между нами и противником, они очень филигранно работали, не задевая нас. Со второго наката опорник был взят, не успел уйти никто», – рассказал «Ольхон».
Другой боевой эпизод наших десантников просто ошеломил своей дерзостью вражеские подразделения. Тогда они так взяли деревню у Соледара, превращённую украинцами в укрепрайон, что противник, завидев бойцов уже в деревне, просто бежал, не желая вступать с ними в ближний бой.
Вражеская артиллерия со стороны этого населённого пункта била в сторону наших подразделений беспрерывно, не давая даже приблизиться. И было решено брать деревню… с разбега. «Бежали группами. Так было лучше, чем стоять и ждать, когда в тебя прилетит. А когда сближаешься с противником, артиллерия тебя уже не достаёт», – поясняет десантник. В итоге наших бойцов противник заметил только тогда, когда те уже были в деревне. «Они не ожидали, что мы всё-таки решим её брать, да ещё так нагло», – предполагает, вспоминая пережитое, «Ольхон».
С тем, что вэсэушники действительно не ожидали, что наши подразделения решатся на такой шаг, связано продолжение этой истории. Видимо, бежавшие военнослужащие ВСУ либо не успели, либо не захотели доложить своему командованию, что деревня теперь не под их контролем. И ночью туда пришли четыре украинских арткорректировщика и обратились к встречному бойцу: «Где командир?» Тот, поняв, кого видит перед собой, спокойно ответил, что командира сейчас позовёт. И позвал. Правда, не того, кого ожидали чужие корректировщики.
Для достижения успеха на отдельных направлениях наши военнослужащие эффективно применяли по наземным целям зенитную установку С-60, размещённую на базе «Урала» или КамАЗа. За счёт скорости стрельбы, широкого разлёта осколков и мобильности на линии боевого соприкосновения эта задумка, которую десантники однажды подсмотрели у другого штурмового подразделения, оказалась грозным и неприятным для противника оружием.
…Совсем скоро «Ольхон» снова отправится в зону спецоперации, чтобы со своими отважными бойцами продолжать наводить ужас на неонацистов, не оставляя им никаких шансов. А сомнений, что победа будет за нами благодаря самоотверженности и смелости воинов, о которых веду речь, не возникает.
Рязань