В курском приграничье мотострелки группировки «Север» теснят врага, освобождая в ходе упорных боёв всё новые населённые пункты.
Как рассказывают сегодня наши воины, боевиков ВСУ в ходе нынешнего наступления приходилось выбивать буквально из каждого дома, превращённого в большинстве своём в долговременные защищённые огневые точки. Двигаясь через болота и лесопосадки под огнём противника и ударами дронов, наша пехота в ходе текущих боёв зачистила от оккупантов сразу несколько сёл и посёлков.
«Вот это место – северная окраина Старой Сорочины, там шли ожесточённые бои, противник упорно сопротивлялся, – указывает на картинку, транслируемую с «крылышка» на монитор ноутбука, командир мотострелкового полка с позывным «Апостол». – Сейчас с помощью беспилотной авиации проводим доразведку, определяем пути подхода, чтобы максимально близко, а главное, скрытно подойти к пока ещё удерживаемым рубежам обороны ВСУ».
Старая Сорочина, Новая Сорочина, Николаевка. Это всё – места недавних боёв. Причём, первые два села подразделения полка взяли стремительным броском.
«Практически за полдня нашим силам удалось продвинуться в глубину обороны врага на несколько километров, – рассказывает «Апостол». – Было уничтожено больше 50 боевиков. Хочу отдельно отметить действия подразделений артиллерии и БпЛА, которые нанесли сокрушительный удар, что и позволило нам выполнить задачу без потерь. Сейчас мы закрепились в этих населённых пунктах и планируем, куда и как двигаться дальше».
Комполка рассказал, что на участке действий его воинской части оказалось немало пленных боевиков ВСУ. Отношение к ним с нашей стороны гуманное – стараются накормить, напоить. Украинские военнослужащие рассказывают, что снабжение у них в последнее время было чрезвычайно «тоскливым»: не хватало боеприпасов, продовольствия, не было ротации. Такое отношение максимально деморализует тех, кто был брошен киевским режимом в безумную авантюру под названием «курская операция».
При этом, как подчеркнул «Апостол», на пути продвижения наших мотострелков оказалось одно из наиболее хорошо обученных и подготовленных соединений ВСУ – 95-я аэромобильная бригада. И всё же и этой «элите» была уготована незавидная судьба – либо оказаться в плену, либо навсегда остаться в этих полях и лесах курского приграничья…
Вместе с заместителем командира полка по военно-политической работе с позывным «Марс» и замкомбата «Максом» выдвигаемся на бронеавтомобиле в один из освобождённых населённых пунктов. Путь пролегает через ранее зачищенные Погребки: то там, то тут сгоревшая техника ВСУ, много трупов украинских боевиков. «Побратимы» не особо заботились о том, чтобы забрать с собой тела павших товарищей…
Офицер с позывным «Капкан», который также стал нашим сопровождающим, начинал путь на СВО обычным стрелком. Нынче он отвечает за психологическую работу. По его словам, как раз психологическое состояние у наших военнослужащих сейчас на высоте.
«Парни бьются на кураже!» – не скрывает «Капкан».
Подъезжаем к зданию сельского храма. Здесь, на колокольне, рассказывает «Марс», укрывались «птичники» – операторы дронов ВСУ.
«Мы, когда по Погребкам работали артиллерией, не стали брать грех на душу и накрывать огнём церковь, – признаётся офицер. – По укрывшимся здесь боевикам ювелирно отработали наши дроноводы».
По соседству с церковью обнаруживаем чудом уцелевший скромный обелиск воинам-освободителям Великой Отечественной. Таблички с именами погибших на той войне сельчан посечены осколками уже от недавних боёв. Неподалёку от этого памятника тоскливо притулился другой «монумент» – сожжённая американская БМП Bradley. Именно на таких украинские вояки входили в Курскую область. Судя по воронке и «снятой» взрывом гусенице, машина «разулась», наехав на противотанковую мину.
К слову, сапёры группировки «Север» уже прошлись по основным дорогам в этих местах, обозначив опасные участки. Заглянули и в некоторые дома, проверив их на предмет наличия взрывоопасных сюрпризов. Работа по разминированию освобождённых территорий в настоящее время продолжается.
Эти места – яркий пример того, как яростно сопротивлялся здесь противник. На некоторых участках нашим военнослужащим в буквальном смысле приходилось драться за каждый метр. Вот почему картинка по обе стороны дороги похожа на месиво из посечённых стволов деревьев, многочисленных воронок от снарядов, сожжённых автомобилей и бронетехники.
Эти места – яркий пример того, как яростно сопротивлялся здесь противник. На некоторых участках нашим военнослужащим в буквальном смысле приходилось драться за каждый метр
На въезде в Новое Сорочино останавливаемся – дальше путь только пешком. Передвигаемся быстро и осторожно.
«Противника отсюда вытесняли с трёх сторон, заходили в основном из лесопосадок, – рассказывает «Макс». – Ну и по этой дороге тоже шли. По ней, кстати, противник и убегал, только в обратном направлении».
За одним из домов застыл обугленный остов украинского БТР «Буцефал». Рядом то, что было когда-то его экипажем… В посадке также наблюдаем бронеавтомобиль ВСУ «Козак» с развороченной до неузнаваемости кабиной и останками десанта внутри.
«Эта машина, видимо, спешила на подмогу, – объясняет «Макс». – В неё сначала FPV-дрон влетел, а потом по цели доработала ствольная артиллерия».
Чуть поодаль раздаются выходы наших миномётов и артиллерии, «накладывают» огня АГС. Под аккомпанемент этой канонады продолжаем движение дальше, уже в сторону Старой Сорочины.
По пути внимательно смотрим под ноги, обходя обозначенные красными флажками неразорвавшиеся снаряды. С дороги не сворачиваем, ведь противник наловчился в дистанционном минировании: повсюду «Колокольчики» и «Лепестки».
«На каждом шагу могут быть сбросы, – предупреждает сопровождающий нас военнослужащий с позывным «Литовец». – Кроме того, украинцы, бросая своих убитых, минируют их тела».
Неожиданно фиксирую какое-то неестественное мерцание. Всё от того, что вдоль дороги и лесопосадок, словно паутина, протянулись белые нити…
«Слушайте, мужики, а что это за леска? Оптоволокно?» – задаю вопрос нашим сопровождающим.
«Оно самое, – кивают парни. – Наши подразделения БпЛА активно применяли эфпивишки на оптоволокне. И эффективно. Никакие средства РЭБ этим дронам не были помехой».
Эти километры кабеля, протянувшегося к линии боевого соприкосновения, – один из символов того, насколько технологичной стала эта война. От низколетящего на большой скорости дрона, управляемого по проводам, врагу не скрыться.
По словам замкомполка «Марса», основные дороги, по которым проходило снабжение ВСУ, сейчас отрезаны. Офицер отмечает, что враг подавлен, судя по перехватам, морально-боевые качества личного состава подразделений ВСУ близки к нулю.
«Единственный вариант для того, чтобы сохранить жизнь, у них только один – сдаться в плен», – подчёркивает офицер. А затем добавляет: «К тем, кто сдаётся, мы всегда проявляем человеческое отношение».
Вот и Старая Сорочина. Вид, как говорится, не для слабонервных: разбитые строения, сожжённая бронетехника ВСУ, украинские «двухсотые»… Но на крыше уцелевшего дома российский триколор! Это село навсегда очищено от оккупантов.
Колорита в эту картину добавляют звуки работающей неподалёку реактивной артиллерии.
«Соседи наши, – говорит заместитель командира батальона с позывным «Макс». – В этом направлении как раз сейчас идёт бой».
Упомянутый выше военнослужащий с позывным «Литовец» ловко взбирается на крышу дома, чтобы по соседству с установленным там государственным флагом России закрепить ещё и флаг с символикой их полка.
«Литовец», ну как впечатления?» – задаю вопрос знаменосцу по возвращении с этого «задания».
«Отличные впечатления! Насыпаем врагу «перца»! – отвечает солдат. – Гордость берёт за наш полк, за всех ребят».
«Боевой дух в части очень высокий, – подтверждает заместитель командира полка по военно-политической работе «Марс». – В ходе недавних боёв хорошо поработали артиллеристы, дроноводы. В Курскую область киевский режим действительно отправил лучших, элитные подразделения. Но что по итогу стало с этой «элитой» – вы сами видите. Наши штурмовые отряды зачистили от врага и вернули Родине её земли».
Группировка войск «Север»