Штурмовик с позывным «Шваб» из 90-й гвардейской танковой дивизии группировки войск «Центр» своей боевой работой помогает приближать победу.
На днях автор этих строк побывал у штурмовиков, воюющих на добропольском направлении. С заместителем командира подразделения по военно-политической работе в звании старшего лейтенанта обсудили последние новости, а потом он предложил пообщаться с одним из отличившихся военнослужащих. «Шваб» – такой позывной носит этот герой – четыре месяца находился на точке практически в тылу врага. Был ранен, но вышел живым, выполнив все поставленные задачи.
– Владимир, – представился «Шваб». – Я из русских немцев, отсюда и позывной.
На СВО он прибыл из города Камышлова, что в Свердловской области. Рассказывает, как после школы уехал в Германию, где жили родственники по отцовской линии. Получил гражданство, выучил язык, попытался построить жизнь. Но что-то не сложилось.
– Для нашего менталитета там обстановка не та, – говорит он. – Если приезжаешь с деньгами, то тебе улыбаются. А если просто парень из России, то в любом случае чужой.
Поэтому вернулся в Россию. Открыл автосервис, обзавёлся семьёй. А в прошлом году решил отправиться добровольцем на СВО. Многие его знакомые в ту пору уже воевали, и он тоже часто думал об этом.
– Морально я был готов, потому что был уверен, что защитить Родину в трудный час – это честь для настоящего мужчины и патриота, – уверенно говорит мой собеседник.
Получил назначение в 428-й мотострелковый полк прославленной 90-й гвардейской Витебско-Новгородской танковой дивизии. Три месяца продолжалась учёба. Вспоминает, как на полигоне ползали по грязи, штурмовали окопы, вязали жгуты. В общем, постигали военное дело.
– Я до этого в армии не служил, – говорит «Шваб». – Поэтому понимал, что без подготовки мне будет хана. Если бы не те три месяца, то здесь, на передовой, было бы совсем плохо.
Подготовка дала нужную базу. Новобранец научился стрелять, двигаться в группе, а ещё – перевязывать, накладывать турникеты.
Потом была лесополоса под Новопавловкой. От крайней нашей позиции до неё – пять километров. Пять километров земли, нашпигованной минами и простреливаемой дронами. Фактически – тыл противника.
Владимир занял блиндаж, закрепился. Его задачей было встречать наши группы, объяснять маршрут движения, вести штурмовиков по радиосвязи. При необходимости – принимать раненых. На военном языке это звучало как промежуточный пункт.
На этом рубеже Владимир был, по сути, ангелом-хранителем для штурмовиков, двигавших вперёд линию боевого соприкосновения. Бывало, что в блиндаже одновременно набиралось до полутора десятков человек. Раненых, которых он встречал, поддерживал, обеспечивал им уход и необходимую медпомощь до момента эвакуации.
– Трудно было, – вспоминает «Шваб». – В небе вечно рокочут дроны, даже по нужде выйти опасно. Выжидаешь тишину, каждое движение – риск.
Еду и воду на пункт скидывали наши беспилотники, а также доставляли сослуживцы, когда позволяла обстановка. Как-то был период, когда пробиться к нему долго не могли. Неделю «Шваб» сидел без снабжения.
– Растягивал припасы, – усмехается Владимир. – Поменьше пьёшь, поменьше ешь. Воду считал по глоткам.
Он часто вспоминал жену, её прощальные слёзы и обещание ждать. Она тогда твёрдо сказала: «Ты вернёшься, ведь я тебя вымолю».
Владимир был, по сути, ангелом-хранителем для наших штурмовиков, двигавших вперёд линию боевого соприкосновения
И вымолила. Как-то «Баба Яга» сбросила прямо на его блиндаж противотанковую мину. Крышу подняло взрывом, и тут же в пролом посыпались FPV-дроны.
Владимир увидел, как один из беспилотников летит прямо на него. Его словно дёрнули за шиворот. Рывок в сторону, а на том месте, где он только что находился, раздался взрыв.
И всё же один осколок вошёл в руку. Он не сразу понял, что ранен. Видимо, был на адреналине, потому что первым делом подумал о задаче – не допустить потерю связи. Взялся чинить антенну и только тут заметил, что указательный палец болтается на лоскуте кожи. Перемотал бинтом, остановил кровь.
Паники не было. К тому же взрывом оглушило штурмовиков, возвращавшихся с задачи и находившихся в том же блиндаже. «Шваб» вывел парней, помог им дойти до наших позиций.
Рана оказалась серьёзной. Врачи вынесли печальный вердикт: палец не восстановится, чувствительность не вернётся.
Однако ни на какую ВВК Владимир не собирается.
– Какие-то задачи я всё равно могу выполнять, – упрямо говорит он. – Одной руки для этого хватит.
Группировка войск «Центр»