Артиллеристы группировки войск «Восток» ежедневно оказывают поддержку штурмовым отрядам.
Они бьют по целям, уничтожение которых помогает штурмовикам продвигаться на запорожском направлении специальной военной операции. В числе тех, кто несёт круглосуточное боевое дежурство, расчёты реактивных систем залпового огня «Град».
– Позывной «Пчеловод». Командир БМ-21 «Град», – коротко представляется первый собеседник. – До военной службы занимался разведением пчёл в родной Бурятии, отсюда и позывной, но после объявления частичной мобилизации род деятельности пришлось сменить.
– Сегодня задача расчёта РСЗО, действующего в составе реактивно‑артиллерийского дивизиона, – прикрывать участки ЛБС, разбивать опорники противника, срывать контратаки, отрезать пути подвоза. И всё это под постоянным наблюдением вражеских БпЛА.
Цели разные – от небольших групп пехоты в посадках до расчётов беспилотников и колонн техники. Дальность тоже меняется: иногда это десятки километров, иногда работа по ближнему краю, когда до линии боевого соприкосновения остаётся порядка семи километров.
– Обычно делаем три пристрелочных выстрела – смотрим, как ложатся по цели, – объясняет «Пчеловод». – После того как скорректировались, бьём оставшимися снарядами. Иногда выпускаем и неполный пакет – всё зависит от задачи.
Семь FPV-дронов
и один «Вампир»
Рассказывая о боевой работе своего расчёта, «Пчеловод» вспоминает, как экипажу «Града» удалось отразить налёт беспилотников и сохранить машину.
– Выдвинулись мы на точку утром, ещё затемно, – говорит он. – Приехали, навелись, сделали два пристрелочных. Первые снаряды легли в районе цели, началась корректировка. И почти сразу над машиной появился FPV-дрон. Следом, буквально через минуту, над нами зависли ещё шесть коптеров и гексакоптер «Вампир».
Для расчёта это означало одно: одновременно нужно отрабатывать по цели и отбить налёт «птичек».
– Средства РЭБ помогли нам, – говорит военнослужащий. – Основная масса FPV-дронов просто падала. Какие-то взорвались, какие-то мы забрали с собой в качестве трофеев. «Вампира» успешно сбили стрелковым огнём.
Отбившись, расчёт выполнил боевую задачу и вернулся в пункт дислокации батареи.
Сегодня с реактивщиками постоянно работают наблюдательные посты и мобильные огневые группы с пулемётами и антидроновыми ружьями. Они же передают данные о воздушной обстановке.
Особенно РСЗО эффективна при ударах по лесополосам, где укрываются расчёты БпЛА, по скоплениям живой силы противника, когда он готовится к обороне или контратаке.
– Работа БМ-21 – это когда в короткий промежуток времени прилетает большая масса снарядов и всё разносит, – объясняет «Пчеловод». – У них огромная площадь поражения, а противника это психологически очень сильно подавляет.
Охота на «птичек»
Привычки и умения военнослужащих из мирной жизни находят успешное применение в боевой обстановке. Как выяснилось в ходе нашей беседы, «Пчеловод» – заядлый охотник. Навыки обращения с гладкоствольным оружием пригодились с первых дней нахождения на СВО.
– Сегодня на выезды всегда беру с собой советскую классику, ИЖ-58. Старенькое, но надёжное ружьё, которое никогда не подводит, – говорит он.
На Дальнем Востоке «Пчеловод» стрелял из него лишь по уткам и копытной дичи. Здесь – по дронам.
– На обычной охоте всё предсказуемо: когда утка летит, её траектория в основном прямая – вправо, влево, вверх, вниз. А с дроном – как повезёт. Если оператор опытный и маневрирует очень быстро, тяжело попасть, но у меня получается.
Эффективная дистанция, по его словам, – 30–40 метров. Случаев боевой охоты у него за плечами более десятка, но один запомнился особенно.
– На ПВН стоял, – вспоминает он. – За 40 минут три беспилотника сбил. Просто они раз за разом прилетали, я их встречал. Ни один дрон в ту ночь мимо меня не проскочил.
Особенно РСЗО эффективна при ударах по лесополосам, где укрываются расчёты БпЛА, и по скоплениям живой силы противника, когда он готовится к обороне или контратаке
Преодолевая препятствия на пути
Экипаж, которым командует «Пчеловод», всегда возвращается в пункт размещения батареи благодаря водителю-заряжающему с позывным «Удунга».
– На СВО я оказался в 2022 году и сразу на должности водителя «Града». Спустя четыре года я всё так же за рулём. На гражданке работал на карьере: возил уголь и породу на КамАЗе, а до того служил в пожарной части, – рассказывает воин.
Теперь его задача – довезти расчёт «Града» до позиции и в случае опасности вовремя отойти, не дав противнику атаковать машину на дороге.
– Едешь за рулём – не видишь «птичек», – признаётся «Удунга». – Смотришь только на дорогу, чтоб на мину не наехать. Надеешься на ребят, которые десантом сидят. Если увидят дрон противника, сразу предупредят. – Тогда мы останавливаемся и сбиваем их. Чтобы повысить защищённость «Града», экипаж постоянно улучшает конструкцию противодроновых экранов.
– Установили бронелисты от осколков. На капоте тоже резину прикрутили, по бокам листы железа закрывают двигатель и кабину. Стекло обвариваем так, чтобы обзору не мешало, – объясняет «Удунга».
Топливный бак, двери, подъёмный механизм и прицельные приспособления закрыты бронёй и сетками. На лобовом стекле стоят откидные щитки.
– На боевую задачу едем – закрываем их, чтобы увереннее себя чувствовать: если осколок прилетит, щитки примут его на себя. Когда находимся далеко от ЛБС, открываем, чтобы лучше дорогу было видно, – говорит водитель.
Боевой выезд, который навсегда запомнился ему, случился этой весной.
– Отправились на БЗ, сразу начал нас дрон-разведчик преследовать, – вспоминает механик-водитель. – Полпути прошли – в небе показался ещё и FPV-дрон. Остановились, развернулись, все выскочили. Включили РЭБ – дрон уже близко не мог подлететь. Отстрелялись, сбили, поехали дальше. До цели добрались, сразу две «птички» прилетели. Одну РЭБ заглушил, упала. Вторую сбили из АК. На обратном пути ещё четыре дрона нас настигли. Также останавливались, сбивали, ехали дальше.
Курс на точность поражения
Топогеодезист с позывным «Курумкан» ещё до первого выстрела решает, откуда и как «Град» будет наносить удары.
Стоя напротив меня, он держит в руках буссоль – ключевой для работы артиллерии прибор.
– Без буссоли невозможно эффективно навестись. Когда работаю с машиной, даю ей углы. Она по ним наводится, а командир уже выставляет прицел и рассчитывает дальность до цели, – говорит воин.
Об активности дронов на участке ответственности артдивизиона он говорит исходя из личного опыта.
– Бывают случаи, когда один за другим летят, – рассказывает «Курумкан». – Помню, как за пять часов нас атаковали двадцать FPV-дронов и две «Бабы Яги». Одну приземлили, вторая улетела. Остальные беспилотники сбили из стрелкового оружия.
В нынешних условиях с расчётом «Града» на задачу выезжает больше военнослужащих. Активность БпЛА очень высокая, поэтому необходимо, чтобы было кому отстреливаться, слушать, смотреть.
Подготовка позиций для стрельбы начинается заранее.
– Вместе с командиром расчёта объезжаем окрестности, привязываем точки. Когда задача приходит, из уже намеченных позиций выбираем самую удобную и безопасную, чтобы быстро отработать по цели и уйти. Когда приезжаем на точку, я уже знаю, где встать и какие ориентиры подойдут. У меня это занимает две минуты, иногда меньше, – объясняет «Курумкан».
На каждый участок в зоне ответственности подразделения он держит в запасе по семь-восемь привязанных точек.
– Если парни с соседних позиций передадут, что где-то враг активно работает или «птички» кружат, мы можем эту позицию оставить про запас и атаковать с другой, чтобы не терять времени, – поясняет «Курумкан». – Например, если необходимо помочь пехоте, наш «Град» выдвигается первым. Своих сил не жалеем. Всегда готовы прикрыть и поддержать огнём в любой ситуации, ведь по-другому на передовой никак.
Группировка войск «Восток»