Пленные ВСУ рассказывают о произволе начальства, царящем в рядах украинской армии.
Итог повальной мобилизации на Украине, когда людей без разбору забирают прямо с улиц, – подразделения, укомплектованные неподготовленными солдатами, в том числе алкоголиками и стариками. Вместо того чтобы обучить должным образом, их запугивают тюрьмой и навязывают антироссийские взгляды. Однако этого определённо недостаточно, поскольку, попав на позиции, мобилизованные сразу видят реальную картину происходящего. Низкий моральный дух, острая нехватка боеприпасов и продовольствия, наплевательское отношение командования – всё это приводит к тому, что при первой же возможности военнослужащие ВСУ сдаются в плен, не желая отдавать свою жизнь за сомнительные интересы киевского режима.
Свою историю поведал пленный Пётр Котельник, рулевой моторист 36-й бригады морской пехоты ВСУ. Мужчина был прикомандирован к десантной группе из взвода обеспечения в наказание за пьянство и назначен мотористом-лодочником.
– Дело было ещё в 2022 году. Я должен был ехать на вахту по работе, думал, что так заработаю денег, после чего сделаю загранпаспорт и уеду. Не успел – границы позакрывали и сделали из Украины тюрьму, – вспоминая о том, как его мобилизовали, рассказывает Пётр.
– Повестку вручили сестре, угрожая ей, что если я не явлюсь, то заберут её мужа. Ну, я пришёл разобраться. Церемониться со мной не стали, повезли в больницу, где я прошёл медкомиссию, так вот и загребли, – говорит он.
После мобилизации Пётр был направлен из военкомата в населённый пункт Первомайское, где ему выдали военный билет.
– Военную подготовку никакую не проходил и ранее не служил срочную службу. В рамках обучения изучали медицину, жгуты учились накладывать, а так всё больше водку пили, – вспоминает свою начальную подготовку после мобилизации Пётр. Своими глазами мужчина видел, как избивали его сослуживцев за алкоголизм. Но, как говорится, охота пуще неволи.
После подготовки ему заявили, что либо он пойдёт служить лодочником, либо придётся идти в окопы. При этом он отмечает, что часто военнослужащие платят деньги, чтобы не идти на передовую. За возможность уйти в отпуск командирам тоже нужно платить.
Во время попытки десантирования через Днепр, говорит пленный, сразу же ему в глаза бросилось огромное количество трупов и повреждённых быстроходных лодок. Возле точки высадки его лодка сломалась, и он не смог эвакуировать обратно из-под обстрела сослуживцев. Все разбежались в разные стороны. Бросился бежать и Пётр, но вскоре отстал от своих, свернул не в ту сторону, в результате чего наткнулся на российских военнослужащих, которые предложили ему сдаться в плен.
Пётр говорит, что в подразделении, где он служил, постоянно давали установку на то, что российские военнослужащие изверги, рассказывали байки, как русские солдаты издеваются над пленными. Из-за этого, признаётся Пётр, сдаваться было очень страшно. Но вскоре его страхи развеялись, и в плену он быстро понял, что к чему.
Сейчас, когда он находится уже на территории Российской Федерации, Пётр понимает, что всё, что говорили командиры, – неправда.
– Плен – это единственная возможность сохранить себе жизнь, – считает он теперь.
В настоящее время пленный Котельник хочет остаться в России. Он понимает, что руководство Украины своим политическим курсом допустило очень много ошибок и преступлений, в том числе уничтожив огромное количество мирного населения Донбасса с 2014 года.
Уже в порядке вещей для командования ВСУ стало отправлять неподготовленных солдат на передовые позиции. При этом дальнейшая судьба подчинённых их мало волнует, поскольку главное для них – укрепить «живой щит», за которым можно отсидеться самим.
Пленный ВСУ Игорь Печерица рассказывает, как очень похожий случай произошёл и с ним.
– Ехал на работу, остановили автобус, притащили в военкомат. Сначала я прослужил больше года при военкомате, разносил повестки. Потом, не знаю уж, что у них там случилось, начали всех, кто оставался при военкомате, разбрасывать по разным подразделениям. Я попал в 17-ю танковую автомобильную роту ремонта, крутил гайки. И там вроде как было относительно безопасно. Но в один момент нас построили и к ночи забросили на позиции. Ничего не объяснили, что, где и как. Говорили, что отправляют на трое суток, а просидел я там восемь дней. Провизии никакой не было. Один раз, как нам сказали, её нам дроном скинули – мы искали, но ничего не нашли, – вспоминает пленный.
– Я спал, когда вдруг услышал стрельбу, крики. Я понял, что некоторых ребят уже взяли в плен. Ваши, русские, кинули пару гранат в окоп, постреляли ещё немного, потом вновь стали кричать, чтобы мы сложили оружие. Я сказал остальным, что надо сдаваться, никто не стал со мной спорить, – добавил Игорь.