Жители освобождённого села в Курской области рассказали о днях, проведённых во время захвата региона укронацистами, и о своём вызволении.
Их держали в подвалах собственных домов без воды, медпомощи, кошмарили обстрелами, атаками дронов. Жителей небольшого приграничного села Николаево-Дарьино каратели из ВСУ попросту не считали за людей. Все, кто не смог или просто не успел эвакуироваться, оказались у украинских вояк в заложниках…
С начала вторжения ВСУ село Николаево-Дарьино служило для противника важным логистическим узлом. В январе 2025 года населённый пункт был освобождён десантниками 83-й отдельной гвардейской десантно-штурмовой бригады. Ожесточённые бои продолжались несколько суток. А вскоре появилась информация о жителях, оставшихся в селе. Необходимо было вызволить людей, перевезти их в безопасное место. Когда нацистов выбили, они озверели ещё больше, принялись обстреливать село артиллерией, в том числе кассетными снарядами.
– Несколько десятков человек в селе точно оставалось, – рассказал один из десантников. – Боялись выходить из подвалов. Там дроны вэсэушные кружили, срисуют любое передвижение – сразу атакуют. Поэтому каждая эвакуация была практически как спецоперация. Нашей задачей было спасти людей.
– ВСУ мешали проведению эвакуации, наводили артиллерию, обстреливали дронами, – поделился другой военнослужащий, также занимавшийся вывозом мирных жителей из освобождённого села. – Приходилось работать малыми группами, выводить людей скрытно.
…Встречаем бронеавтомобиль, который только что доставил на пункт сбора двух пожилых женщин и мужчину. Живые свидетели преступлений ВСУ. На захваченной территории они провели более полугода, испытав на себе все зверства нацистов из ВСУ. О таком раньше можно было прочитать только в хрониках времён Великой Отечественной войны. Теперь же история повторилась…
Все трое не скрывают эмоций, благодарят своих спасителей:
– У нас лучшие солдаты. Большое им спасибо! Они нас освободили. Спасибо солдатам, которые нас вывели, – говорит Наталья Черноглазова.
Женщина передвигается с помощью трости. Путь из села до точки эвакуации занял более двух часов: идти пришлось по пересечённой местности, скрываясь от дронов ВСУ. Но, по словам моей собеседницы, самое страшное пришлось пережить за время оккупации ВСУ.
– Они говорили, что с мирными не воюют, но держали нас в постоянном страхе, – рассказала она. – Приходили с проверками, наставляли автоматы. Было очень страшно.
– Мы жили в подвале, – включается в разговор Надежда Комарова, ещё одна вывезенная жительница села. – Воды не было, света тоже. Воду из речки носили, да и то под страхом смерти, ведь к реке нам ходить запретили. Нас обстреливали, а эта «Баба Яга» просто с ума сводила.
Самыми трудными оказались первые три дня вторжения укронацистов. Село утюжил украинский танк, боевики ВСУ стреляли по домам, по сараям, чтобы люди не могли выйти. Постоянно летала «Баба Яга». За ночь бывало по шесть налётов, и каждый – по четыре сброса. Общались вэсэушники с жителями демонстративно на украинском языке. Делали вид, что русского не понимают.
Александр Третьяков – один из немногих мужчин, которым удалось чудом сохранить жизнь во время оккупации Николаево-Дарьино.
– На нас оказывали моральное давление, – рассказывает он. – Изматывали разными проверками, заходили в дома. То СБУ, то их комендатура. Заставляли паспорт показывать, а ещё на камеру интервью давать. С питанием как было? За счёт своих запасов только и выживали.
На лицах стариков – слёзы. Даже сейчас они не могут поверить, что весь этот кошмар остался позади.
– Мужчин почти всех в селе убили, в основном дронами, – сокрушается Надежда Комарова. — Одного расстреляли из автоматов. Мы посмотрели потом – у него пулевые ранения в спину. На кладбище хоронить убитых нам запрещали, закапывать приходилось прямо в огородах. Ямы копали не больше метра в глубину, потому что долго находиться на улице не давали дроны.
Женщина тоже подтвердила: выживали они лишь за счёт своих запасов, своего подсобного хозяйства.
– У нас заготовки были, птица. Этим, сидя в подвалах, и питались. Хлеба, конечно, не было, соли тоже. А ещё мы без медицинской помощи полгода провели. Мы же пожилые люди, у каждого болячки. Очень тяжело было, – рассказала сельчанка.
Военнослужащие 83-й бригады ежедневно с риском для жизни выводили из села группы по два-три человека. В ночь на 15 февраля уссурийским десантникам удалось вывести сразу пятерых мирных жителей. Все они находились в одном подвале. Эвакуировали их в два этапа, разными маршрутами. При этом два километра нужно было пройти пешком, под обстрелами. Тех, кто не мог идти, бойцы несли на руках.
Один из военнослужащих, участвовавших в эвакуации, получил ранение: рядом разорвалась мина. К счастью, от тяжёлых травм спасло дерево. Из местных от взрыва никто не пострадал. Десантник (его позывной «Волк») сумел довести сельчан до безопасной точки, где их встретили и накормили.
Один из наших военнослужащих, участвовавших в эвакуации, получил ранение: рядом разорвалась мина. К счастью, от тяжёлых травм спасло дерево
– Обнаружил в подвале пожилых людей, – рассказал подробности той истории «Волк». – Они обратились с просьбой забрать их. Я пообещал. Связался со своим подразделением, высчитали интервал времени. Прошли удачно, Бог был с нами.
– Десантники к нам отнеслись заботливо, — говорит Антонина Лисицына. – Благодарю всем своим материнским сердцем за то, что они так беспокоились о нас. Они когда нас вели, не поверите, даже ветки отодвигали, чтобы нас не ударило. Чаем напоили, сапоги просушили, носки мне дали.
Последние дни в оккупации женщина пережила в подвале у соседей. Её родной дом боевики ВСУ сожгли, а перед этим ворвались в подвал, где укрывалась она и ещё две пожилые женщины.
– Навели на нас автоматы, – вспоминает о страшных минутах сельчанка. – Мы, три бабушки, прижались к стенке. Я, моя свекровь и мама, 88 лет. Она ещё жива была, но в этом подвале и умерла, не вынесла такого ужаса.
Женщина всё ещё приходит в себя – руки дрожат, на глаза набегают слёзы. Рядом лежит раненый мужчина. Он попал под снаряд ВСУ, получил осколочные ранения. Всего лишь вышел во двор… Сергей Затолокин (так зовут пострадавшего) во время оккупации потерял многих родных и близких. Он до сих пор не может поверить, что сумел вырваться из этого ада.
Двоюродный брат Сергея, Михаил Затолокин, тоже в числе эвакуированных. В подвал, где он прятался с 95-летней матерью, вэсэушники запустили сразу несколько дронов-камикадзе.
– Первый ударил по входу, второй – сбоку, третий – по центру, – вспоминает подробности того страшного случая сельчанин. – Мы разбежались, а бабушка не успела, осталась лежать в подвале…
Братья рассказывают чудовищные детали о том, как вели себя укронацисты в Николаево-Дарьино. Самые страшные военные преступления – убийство детей.
– Восемь лет девочке и шесть мальчику. Играли возле колодца, и «Баба Яга» прямо на них сбросила заряд, — вспоминают Антонина Лисицына и Михаил Затолокин. – Хочется только одного – когда-нибудь забыть всё это.
Сейчас эвакуированные из Николаево-Дарьино находятся в военном госпитале. Наши медики оказывают им всю необходимую помощь. Жители села истощены и физически, и морально. Но, как свидетели преступлений украинских формирований на оккупированной территории, они уже дают показания следователям. Каратели должны ответить за содеянное.
Группировка войск «Север»