Стойкость, взаимовыручка и крепкая воля позволяют добиться победы в любой обстановке.
Боевые товарищи дали Александру позывной «Терминатор». Такой вот пример военного юмора: раз командиру танка после ранения врачи вставили металлические пластины, то носить ему теперь имя грозного киногероя.
Тот тоже скрывал под живой плотью металлический каркас. Хотя на самом деле у сержанта «Терминатора» металла гораздо больше, чем титановые вставки, скрепляющие воедино раздробленные вражеской пулей кости руки. В первую очередь у него по-настоящему стальной характер.
В тот мартовский день минувшего года танковое подразделение из состава мотострелкового соединения Южного военного округа выдвинулось на Попасную с задачей подавить противника огнём и прорвать оборону удерживающих город неонацистов. На окраине танки попали под плотный огонь противника.
Место для огневой засады враг выбрал очень удачное, шедшие в низинке российские танки оказались как на ладони у занявших позиции на возвышенностях подразделений неприятеля. Когда головной танк командира роты остановился перед минным «шлагбаумом» и стал расстреливать из пулемёта расставленные в ряд ТМ-62, по танкам тут же был нанесён мощный удар. В первые же секунды головная командирская машина получила ракету в лоб, прямо в прицел. Заварило люк наводчика, загорелся тент, свёрнутый позади башни, но боеспособности танк не утратил.
– Машина командира роты загорелась, я шёл вторым, мне из ПТУР сбили гусеницу, в итоге не смог откатиться, – вспоминает Александр.
Заряд противотанковой ракеты пришёл в правый бок машины Александра, взрывом вырвало два катка. Наводчика-оператора контузило, механик-водитель на какое-то время потерял сознание. Командир танка взял управление огнём в свои руки и, пока экипаж приходил в себя, стал отстреливаться. Работал по позициям противника, но по нашим машинам лупили и справа, и слева, танкисты попали в настоящий огневой мешок.
Когда товарищи очнулись, Александр дал команду откатиться назад, механик-водитель попробовал двинуть танк, но хода не было – лишь слышно, как правая гусеница наматывается на звёздочку. Командир танка успел выпустить по неприятельским позициям ещё раз шесть, но тут очередной «подарок» прилетел под башню, и система выключилась. В боевое отделение начал поступать дым. Танкисты поставили дымовую завесу, получили от ротного по связи добро эвакуироваться на шедшем позади них танке, покинули разбитую машину. Добежали до танка товарищей, забрались на броню, и тут рядом что-то прилетело.
Как только Александр понял, что здоровье и физические кондиции позволят справиться с боевыми задачами, несмотря на дружные протесты родных, отправился обратно в зону проведения СВО
– Меня сбросило с брони под начавший движение танк, я оказался под днищем, и он прошёл надо мной. Немного меня помолотило, но тогда боли не чувствовал, был в шоковом состоянии, хотя, как позже выяснилось, получил компрессионный перелом позвоночника, – ровным голосом рассказывает «Терминатор».
Как только сидевший за рычагами машины сержант с позывным «Новош» увидел, что его друга сбросило, он остановил машину и стал дожидаться товарища. Сзади в левый борт ударила очередная противотанковая ракета и кумулятивная струя сожгла радиаторы машины. Когда Александр, двигаясь на одном зашкаливающем адреналине, взобрался на броню, противник вновь нанёс удар по танку, сработала динамическая защита. Экипаж Александра, уже в полном составе сидевший на броне в готовности к эвакуации, получил тяжёлые ранения. Наводчику-оператору Стасу оторвало ногу, самому Александру сломало и серьёзно повредило правую руку. Тут же следом попавшая в левую руку пуля раздробила кость. На танкистах занялась огнём форма.
– Я был в несгораемом костюме, так что лёг на наводчика, чтобы своим костюмом потушить его, заляпал своей кровью триплекс механику-водителю, но мой раненый механик, сидевший на броне, протёр оптику, чтобы дать обзор «Новошу» и мы в итоге выехали из низины на бугор.
Пройдя полтора километра и выбравшись к точке эвакуации, танк с пробитыми радиаторами потерял ход. Машина заглохла, на экране у «Новоша» появилось сообщение о механической остановке двигателя. Необходимо было перегрузить раненых на другую технику и срочно доставить пострадавших врачам.
– Успели отправить только наводчика Стаса, как самого тяжелораненого, его грузили на подошедший танк первым. В это время по нам начала плотно бить артиллерия, – вспоминает сержант «Новош».
С двумя оставшимися ранеными экипаж его танка укрылся в окопе у дороги, переждали обстрел. Вскоре подошли два танка, в том числе командирский – командиру роты в итоге удалось сбить со своей машины пламя – и забрали всех танкистов. «Новош» забрался на броню, устроил Александра у себя на коленях и всю дорогу тормошил норовившего впасть в забытьё друга. Так, в сознании, и передали танкисты раненого товарища врачам.
– Сознания не терял до последнего момента, пока шить не начали, тогда выключился. А утром пришёл в себя в палате, – Александр тогда ещё не знал, что ему предстоит провести в госпиталях немалый срок.
Его перевезли сначала в Луганск, потом отправили в Ростов-на-Дону, затем в Москву, и везде врачи боролись за жизнь и здоровье танкиста. Благодаря усилиям медиков, несмотря на более чем серьёзные ранения обеих рук, их удалось сохранить и со временем вернуть им функциональность, за что Александр горячо благодарен врачам. Луганские медики своевременно и грамотно оказали ему первую помощь, в ростовском окружном госпитале парню установили аппараты Илизарова на обе руки, а в Москве специалисты Главного военного клинического госпиталя имени Н.Н. Бурденко сделали пластическую операцию, пересадив кожу с бедра на пострадавшую правую руку. В левую руку, где кусок кости оказался выбит пулей, установили титановые пластины. Всего медики провели парню 13 операций.
– Очень им благодарен, наши врачи просто золотые, собрали мои руки, – улыбается «Терминатор». Процесс выздоровления и реабилитации для Александра был непростым. Он и встать-то смог лишь два с лишним месяца спустя. У срощенной пластинами левой руки не работала кисть – отказали нервы, и она просто повисла без движения. Работоспособность руки удалось восстановить с помощью комплексной терапии – массаж, электропроцедуры и так далее. Правая рука тоже сначала отказывалась работать, но благодаря усилиям врачей и собственной железной воле Александра потихоньку начала функционировать и она.
После выписки Александр свободно мог комиссоваться. Из Москвы танкист, награждённый за тот бой орденом Мужества, прибыл домой, побыл две недели и понял, что просто не может оставаться в стороне от задач службы.
– Как раз началась частичная мобилизация, и я прибыл на наш полигон обучать мобилизованных, – пожимает плечами «Терминатор». Танкист объяснял, как действовать в боевой обстановке, морально готовил к тому, что ожидает новое пополнение на передовой СВО. В процессе занятий на полигоне он упорно продолжал восстанавливать возможности своего тела и добился громадных успехов. Как только Александр понял, что здоровье и физические кондиции позволят справиться с боевыми задачами, несмотря на дружные протесты родных, отправился обратно в зону проведения СВО, в своё подразделение, к своим товарищам.
– Они меня не бросили в том бою, и я их бросить не могу, – твёрдо говорит «Терминатор». И кажется, что он по-настоящему там, внутри, целиком из стали. Но когда речь заходит о его друге наводчике-операторе Стасе, становится ясно, что у «Терминатора» большое, горячее и очень человечное сердце. Стаса не смогли спасти. Его почти довезли до госпиталя, но кровопотеря была слишком большой. Посмертно танкист награждён орденом Мужества.
– Мне его очень не хватает, моего товарища, настоящего друга Стаса, Станислава Карпова. Мы с ним служили вместе три года, сели вместе в экипаж, общались с его семьёй…– Александр до сих пор чувствует себя виноватым, хотя его вины в произошедшем нет. Как командир, он принимал правильные и своевременные решения, но обстоятельства сложились так, что теперь он скорбит по потерянному другу. И эту боль не преодолеть, даже стальная воля бессильна, когда горюет человеческая душа.
Сегодня «Терминатор» со своим экипажем продолжает выполнять боевые задачи на марьинском направлении, причём работает с позиций на переднем крае, за 150, 100, 70 метров от противника, практически в упор, без замера дальности расстреливая назначенные цели. Чтобы делать это, регулярно подставляя свой танк под ответный огонь вражеской артиллерии и дронов-камикадзе, Александру вновь пришлось преодолевать себя. Это оказалось сложнее, чем заставлять своё тело ходить, а руки сгибаться.
– Больше всего переживаю из-за того, что снова могу потерять кого-то из экипажа, – вздыхает «Терминатор». – Тяжело было морально, очень тяжело перебороть себя. Это для всех тяжело, каким бы сильным ни был человек.
Вскоре Александру предстоит вновь лечь в госпиталь для двух новых операций. Врачи пересадят вену из ноги в правую руку, чтобы пострадавшая конечность получала необходимое кровоснабжение. На реабилитации после хирургического вмешательства командир танка дольше необходимого задерживаться не собирается. В родном подразделении, выполняющем задачи СВО, у «Терминатора» ещё остаётся много работы – защищать людей, беречь друзей и побеждать врагов.
Донецк